?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Вальсирующие мещане



На днях телеканал «Культура» показал старый фильм Бертрана Блие «Вальсирующие». Фильм этот известный, показу предшествовала беседа Кирилла Разлогова с какой-то кинодамой.

Меня трудно удивить, но произошло нечто невероятное. Я даже сначала не врубился, и стал хохотать только на следующий день, вдруг сопоставив мезансцену диалога с содержанием комментируемого фильма.

По мнению Разлогова и его собеседницы «Вальсирующие» это лёгкий озорной фильм, знаменующий собой окончательный отказ от сексуальных табу репрессивной культуры XIX века. Мол, ничего страшного, люди писают и какают, это нормально, давайте танцевать голыми при луне. Дальше у диалогирующих шли неумеренные восторги по поводу французской культуры, где, да, писают и какают, но как – по-французски. То есть элегантно, весело, наконец, мило. Куда там корявым восточноевропейским полутатарам. Вроде бы настала перестройка, появился секс. А русские коряги стали снимать тошнотворную порнуху, по сравнению с которой «дас ист фантастиш» – это Феллини. Вот и всё кино.

Спору нет, снимать ПОРНУХУ так, чтобы её не смотрели, это результат для книги рекордов Гиннеса. Тут советские комсомольцы себя показали. Но «Вальсирующие»...

Это вовсе не эротическая комедия. Это чудовищная издёвка класса французских интеллектуалов над надоевшими «трудящимися». Чтобы этого не понимать, надо быть заскорузлыми провинциальными мещанами. А беседовали два столичных кинокритика и как раз в чисто французском формате. Всё гостелевидение Франции это и есть канал «Культура». Везде сидят критики-эссеисты-актёры-режиссёры-писатели-философы и учат всех жить. Причём безо всякого оживляжа – сидят на стуле у белой стены и часами рассказывают:

- Ну, что, в прошлом году закончил работу над второй книгой о раннем этапе творчества Сезанна. Сначала были большие трудности. Дело в том, что от меня ушла жена...»

И т.д. ЧАСАМИ. Во Франции существует диктатура «интеллектуэлей»; французское общество жёсткое, классовое – кто дорвался до господства, делает, что хочет, а все терпят. Когда совсем невмоготу – начинаются забастовки. Но начинают забастовки те же интеллектуэли, только молодые. Объясняют их тоже интеллектуэли, только постарше. ДИКТАТУРА.

Эта ВЛАСТЬ головастиков для пинаемых и голимых советских интеллигентов настолько непривычна, что они даже не отдают себе отчёт в её значении и масштабах для Франции.

Фильм «Вальсирующие» был снят по итогам событий конца 60-х, когда дальновидным представителям правящих классов стало ясно что «трудящиеся» не нужны. Все льготы и авансы им были прекращены, без льгот и авансов пролетарии стали тем, кем они и являлись изначально – «хуевладельцами» (это максимально адекватный перевод латинского термина). Пролетарий это молодое животное с человеческой пиписькой. Эта пиписька представляет для человеческого общества некоторый интерес, поэтому пролетарии забавны. Но скорее издалека, потому что для непосредственного сексуального ублажения есть специализированные особи. Издалека за кувырканиями молодых кобелей посмотреть можно. Молодость, сила, безмозглость. Они в пипиську играются, с пиписькой кувыркаются, катают пипиську по столу. Иногда прищемляют дверью. Тоже забавно. «Антик».

«Вальсирующие» это история людей-псов. Молодых симпатичных шариковых. Проблема Шарикова в том, что он один. А если бы у Полиграфа была подруга-полиграфиня? Тогда их отношения были бы забавны. А вместо Швондера был бы друг Тузиков. И были бы они все помоложе. Получились бы «Вальсирующие».

Французская симпатичность, юмор, органичность, с какой всё это, - уже смягчённое и улучшенное ситуацией, - барахтание снято, производят эффект гораздо более ЖЁСТКИЙ. Французы мастера издёвки и сарказма. Чем мягче и тоньше, тем опускалово сильнее и безнадёжнее. Потому что оно мягко до такой степени, что из карикатуры превращается в правду.

Как этого можно не понимать, я не представляю. Депардье трахает своего друга. По-дружески, в виде забавы. Мол, у меня стоит и мне хочется, бабы нет, а у тебя круглая попка. Ну дай, чо жалко что ли. Один раз не пидорас.

И действительно, видно что никакого особого гомосексуализма в происшествии нет. Прикол. «Изнасилованный» герой начинает кидать камнями в окна:

- Проклятая Франция, где все имеют друг друга в зад!!!

Трудящийся протестует против социальной несправедливости, у трудящегося исстрадалась душа, трудящемуся больно.

Три стекла разбил, успокоился.

Конечно уж совсем прямо Бертран Блие наболевшее сказать не мог. Ситуация слегка припудрена. Например уикэнд пролетариев подан как жизнь шпаны без определённых занятий. Но это цензурная условность, что очевидно. Герои не бродяги, и не уголовники. Это шалящие молодые рабочие, попавшие в «приключение». Так это написано и в повести Блие, по которой он снял фильм. А их подруга вообще оставлена рабочей.

Все социальный посыл фильма во Франции 70-х поняли. Ведь Бертран Блие вошёл в культурный истеблишмент как аккуратный молодой человек, снявший политизированный фильм. Его «Гитлер? А кто это?», пришёлся ко двору всем. Это псевдодокументальное кино, в условиях гиперинформационного общества вызывающее своим фотошопом рвоту. Блие снял «случайных» молодых людей начала 60-х годов, которые будто бы не знают, кто такой Гитлер. Псевдоэпатаж понравился всем. «Борцы сопротивления» трясли медалями и стучали клюкой: «Мало мы ещё воспитываем нашу молодёжь!». С другой стороны Франция показала себя во второй мировой войне не лучшим образом, а фильм давал возможность хихикать в стиле «Не очень-то и хотелось».

Эта политкорректная двусмысленность стала коньком Блие – потомственного интеллектуала.

Фильм «Вальсирующие» не так-то прост. Кроме политической сатиры там есть некая социальная правда и социальное бунтарство. Но совсем не того свойства, как это представляется раблезианскому мещанину Разлогову.

Общая проблема французского кино - заскорузлая цеховщина. Несколько человек наверху в конце концов перекрывают кислород всем. Огромная машина национального кино схлопывается в компактную труппу, актёры которой снимаются до посинения во всём что можно – от экранизации классики до скетчей, и во всех ролях – от гамлетов до «кушать подано». Когда дело доходит до 60-летних Офелий, происходит переворот и история повторяется. Опять с циклом в 30-40 лет. Смотреть бесконечное «опять Депардье» становится невозможно.

Та же проблема наблюдается в политическом истеблишменте Франции. Но там к тому же морда лица не важна и прилежные 60-летние масоны ждут градуса в прихожей национальной ложи, где заседают 80-летние высокоградусники. Смена поколений во французском масонстве всё же периодически происходит - это называется «революцией». Последняя была после отстранения Де Голля.

В характерной для Франции уголовной ротации кадров есть некоторый смысл. С одной стороны для французов характерна схематизация и бюрократизация, позволяющая осуществлять управление (и господство) без особого напряжения. Французский чиновник бездельник, но он бездельничает там, где работать не надо – всё идеально продумано и идёт само собой. Остаётся «работать с документами» и время от времени брать культурные европейские взятки – с многоступенчатым прикрытием и в общем не такие уж большие.

С другой стороны, лёгкость управления вводит нижестоящие классы в соблазн, к тому же двойной. Потому что французы народ культурный, там нет колоссального классового разрыва. Это особенно непонятно русским. У русских существует культурный разрыв даже между селом и деревней. Разница между сословиями в России фантасмагорическая, в общем это разные народы. Переход из одного сословия в другое – процесс на три поколения. В России крестьянин может стать генералом, но он всё равно останется крестьянином. Крестьянином будет и его сын, а может быть внук. Если внук всё же созреет, генералом он будет всамделишным, но плохим. В общем ПРОКЛЯТЫМ. Такая социальная инертность на фоне радикальной революции, как известно, привела к чудовищным последствиям. В процессе новоиспечённые генералы пару раз погибали, потом погибло само государство. «Не в свои сани не садись».

Не то во Франции. Ну кто такие были Депардье и милая Мяу-Мяу в начале 70-х? Ребята играли самих себя. Депардье – сын пьяницы-слесаря, харчевался на американской военной базе, потом стал тырить кошельки. Маман Мяу-Мяу торговала клубникой на рынке. Они сделали любительский театр и пошла писать губерния.

В этом великая Правда французской «ротации» и великая неправда ротации русской. Классы во Франции очень чёткие, но, так сказать, социальная площадь, ими занимаемая, маленькая. Можно сделать шаг и очутиться в другом мире. В России до другого социального мира надо идти всю жизнь в лаптях. За счёт интеллекта я легко перешёл в сословие высоколобых. Но, по сути, я остался простым рабочим с рабочими привычками, идеалами и взглядами на жизнь. А это привело ни много, ни мало к разбитой личной жизни. Мне на 50-летие женская часть клуба «Real Life» подарила сертификат в какой-то тайский массажный клуб. За большие деньги. Люди реально СОШЛИ С УМА. Я рабочий. Мне можно дарить набор отвёрток, носки, альбом для фотографий.

Очарование «Вальсирующих» в очаровательной французской двусмысленности, когда герои Депардье и Патрика Девэра трахают чокнутую старуху - вышедшую в тираж Жанну Моро. Которая мечтает о возобновлении менструации и стреляет себе во влагалище. И именно благодаря этому фильму никому не известные Депардье, Девэр и Мяу становятся Новым Поколением. Это действительно великий прикол и прикол французский. Эротическая комедия, снятая очень легко и непринуждённо, одновременно являющаяся социальным памфлетом и одновременно же, так сказать, АКТОМ смены актёрской кинотруппы Франции.



Почему Разлогов и Ко этого не поняли... Да думаю, всё просто. Ну что такое было у нас «кинокритика»? Это были советские мещане, имеющие доступ к закрытому просмотру западных картин. Просмотры происходили в специализированных местах вроде ВГИКа или Дома Актёра, или в ещё более интересных местах. Пропуска туда доставали по большому блату. А сам просмотр и был ИТОГОМ «кинокритики». «Никто не видел, а я посмотрел». После этого можно было ходить по знакомым и хвастаться. А также обменивать свой допуск на другие «дефициты» - джинсы, жвачку, поездку в соц-, а то и капстану, поступление дочурки в университет. Посему и разит от этой критики непрошибаемым мещанством. «Сиськи есть!», «Депардье молоденький-молоденький!». Действительно, есть сиськи. И Депардье молодой. Можно смотреть. Жаль только в обмен на билет банку икры не дадут.

Интеллигенция-то советская оказалась, как и всё остальное, – ЛИПОВАЯ. Мещанин на мещанине сидит и мещанином погоняет. Это при том, что русская культура была создана в своё время по французским образцам, и русский народ свою интеллигенцию будет всегда слушаться. Как скажет, так и будет. Только где ты, Мисюсь.

(с) ДЕГ



free counters

Latest Month

September 2018
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lizzy Enger